Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

bookman

Присылайте книги для возможного номинирования на премии!

Если кто-то хочет прислать мне хорошую книжку или журнал интересный, обращайтесь личным сообщением, и я дам вам свой почтовый адрес.

Книги лучше всего всего отправлять  заказными бандеролями: при этом вы получите идентификационный номер почтового отправления, по которому можно будет отследить путь  бандероли (номер этот сразу после отправки сообщаете мне).

P.S.
Многоуважаемые авторы фантастических произведений, это и вам лёгкий намёк: я ведь член номинационных комиссий и жюри ряда фантастических премий: "Интерпресскон", премия им. братьев Стругацких ("АБС-премия"), "Портал", "Бронзовый Икар", мемориальная премии им. Леонида Панасенко и др. Приобрести самостоятельно все ваши шедевры, чтобы с ними ознакомиться, и (что вполне вероятно) потом номинировать на какую-либо премию, у меня нет возможности.


ЭТО ПРЕВЕНТИВНЫЙ ПОСТ (ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ НА ДАТУ!).
Мой ЖЖ - ниже:
promo lartis august 21, 2014 15:13 2
Buy for 50 tokens
Вы можете разместить у меня в ЖЖ ссылку на свою запись с помощью промо-блока. Условия увидите, если кликните по кружку "i" правее записи. А чтобы разместить промо-блок в своём журнале, убедитесь, что он соответствует следующим критериям: 1) социальный капитал вашего журнала или…
abs

Не ел ни разу...

tost2

65 - полёт нормальный!



Под красивые новогодние салюты и салаты неожиданно пришёл день моего рождения!
"Джиму Биму" - 225 лет, а мне всего лишь 65.



Вообще-то я родился 1 января в десять часов вечера, но погрешность (учитывая десятки лет, прошедших с этого знаменательного момента) незначительная.



Вот и большой вкусный торт под нашей ёлочкой, но начнём мы не со сладкого.
Отошедшие после встречи Нового года могут тепло поздравить,
в том числе на мастеркарту Сбера: 5336 6902 2419 4847
bookman

Центр тяжести


Алексей Поляринов. Центр тяжести. – М.: Inspiria, 2020.

Брендом Inspiria группы компаний «Эксмо-АСТ» в серии «Loft. Современный роман» переиздана книга переводчика (тексты Дэвида Фостера Уоллеса), литературного критика и эссеиста («Почти два килограмма слов») Алексея Поляринова «Центр тяжести».

Начальная глава романа Поляринова (называется она «Петро») своим исполнением напомнила мне прозу Эдуарда Веркина для юношества и о юношестве: «ЧЯП», «Друг-апрель», «Звездолёт с перебитым крылом» и др. Главный персонаж большой первой части «Центра тяжести» тоже юн, вокруг него тоже происходит вроде бы обычная жизнь, в которой, конечно, есть странности, видимые только ему. Тут же – непременные взрослые со своими тараканами и, как часто бывает у Веркина, необычный до загадочности друг-ровесник протагониста. Но Веркин, исследуя отрочество своих героев, обычно в этом отрочестве и остаётся, а Поляринов в «Центре тяжести» отслеживает их жизнь и во времени, наступающем после взросления. При этом автор использует сразу несколько приёмов: персонажи общаются с читателем и с помощью монологов, и с помощью ответов в интервью, и изложением событий от первого лица, и сказками, и дневниковыми записями, и главами из собственных книг. Замечу, что это ничуть не напрягает. Поляринов создаёт очень цельную общую картину, составленную из отдельных фрагментов, словно портрет президента Боткина (да, в романе у президента России именно такая фамилия), набранный разноцветными капсулами гепатопротекторов. Ближе к финалу автор объяснит, почему выбрал именно такой способ изложения. После развёрнутой и любопытной, но несколько затянутой экспозиции в последней трети книги неожиданно появляется фантастика, а вместе с ней и драйв. Роман воспитания стремительно превращается в антиутопию с элементами киберпанка. «Сначала у нас детство в девяностых, а потом – нейросети, тотальная слежка, шарфы-уильямыгибсоны и бегство из страны, захваченной птеродактилями в погонах». А герои «Центра тяжести» неотвратимо погружаются в реальность, до боли похожую на описанную в романе Валерия Бочкова «Коронация зверя» (Эксмо, 2016).

Читая роман, я отчётливо чувствовал, что человек написавший эту книгу – молод, что он яркий представитель другого поколения, что он смотрит на многие вещи «со своей колокольни». Но в главном – в оценках событий, в подходах, ощущениях и переживаниях Алексей Поляринов, как автор, оказался мне чрезвычайно близок. В очереди на прочтение – его новый роман «Риф».

Здоровое питание так и называется, потому что обеспечивает безупречное здоровье человека. Интернет-магазин "ГреЧка" в Екатеринбурге специализируется на продаже правильных, исключительно полезных для вашего здоровья продуктов, обеспечивая полноценный рацион ЗОЖ и диетического питания по различным методикам. В ассортименте - разнообразные вегетарианские и постные продуты, авторский хлеб, продукты без глютена и многое другое: смотреть. Гастроном здоровых продуктов "ГреЧка" принимает заказы круглосуточно, доставка будет произведена в назначенное вами время.
рельсы

Параллельный мир (2)

Давно это было, в начале семидесятых. Учился я в Ленинграде, а жил в Старом Петергофе. И подрабатывал на хлебозаводе «Красный Пекарь». На самом-то деле не подрабатывал, а работал почти полную смену с 16 часов. Устроился на «Пекарь» потому как кто-то из сокурсников туда уже внедрился и соблазнял нас тем, что голодному студенту там лафа – еды навалом. И вправду, там было всё – от куриных яиц до рома, от масла до шоколада. С собой только чайную заварку брали. Для некоторых, например, лифтёров грузовых лифтов, которые в лифте еле помещались, это была чрезвычайно вредная работа…

«Красный Пекарь» (он на одной из Красноармейских улиц размещался, рядом с Измайловским проспектом, в 2019-м завод снесли) производил белый хлеб и кондитерские изделия. Как мы выносили через охрану большие коробки для тортов с застывшей шоколадной массой (заранее наполняли из чанов, чтоб остыла и схватилась) – это отдельная история. Уставал, конечно. Сейчас бы так не смог: с утра – учёба, вечером – работа… Сначала мы на чём-то вроде конвейера работали – с третьего этажа поступали свежевыпеченные батоны, а мы на втором наполняли ими лотки и опускали вниз, на первый. Пока не сломали мы всю эту механику. И отправили нас разбираться с браком – сушить и молоть неудачные батоны. Это было намного легче. Ну ладно, про «Красный Пекарь» и персонажей, что там попадались, надо отдельно рассказывать…

Как-то сел я, совершенно вымотавшийся после смены, в полупустую электричку на Балтийском вокзале, притулился к окну и заснул. Просыпаюсь от объявления по громкой связи: «Старый Петергоф!». Еле успеваю выскочить из вагона и ничего не понимаю – ландшафт какой-то незнакомый... К тому же осень, ночь, темно вокруг. Тащусь, озираясь, полусонный по платформе и вижу слабо освещённые буквы «Старый Петергоф». Но на Петергоф ни хрена не похоже… Да что за бред? Наконец, соображаю – я на противоположной платформе, приехал не со стороны Ленинграда, а из Ораниенбаума (Ломоносова). Логически размышляя, соображаю, что заснул мёртвым сном (вообще-то в нормальной жизни я сплю очень чутко, даже слишком), проспал свою остановку (от Ленинграда минут сорок пять), проехал до конечной (ещё минут двадцать), постоял в Ораниенбауме вместе с электричкой (не знаю сколько) и поехал обратно в Ленинград, проснувшись в своём Старом Петергофе. И долго не сходила с правой стороны моего лба красная вмятина, стучал, видать, лбом по углу подоконника на стыках рельсов…



Так калорийно питаться, как получалось у меня на «Красном пекаре», можно было в совсем юном возрасте и при довольно тяжёлой работе, когда лишние калории сжигались в моём организме без остатка. А вообще-то за количеством потребляемой пищи обязательно нужно следить, используя, например, полезные советы из фитнес-блога о здоровом питании Fitbody.
cat

Параллельный мир (1)

На одном из давних «Интерпрессконов» под Санкт-Петербургом после завтрака я решил проветриться-прогуляться в одиночестве, благо погода была отличная. Выйдя на берег залива, ушёл довольно далеко в сторону, надышался кислородом, насладился уединением и впал в этакое мечтательно-безразличное состояние. Сокращая обратный путь, вернулся в пансионат, где проходил наш конвент, не прежним маршрутом, а, как мне показалось – напрямик, через редкий сосновый лес. Не спеша поднялся в свой номер на третьем этаже, открыл ключом дверь и остолбенел. Номер был абсолютно пуст и чист, никаких следов моего пребывания в нём не наблюдалось: не было моей сумки с книгами, под кроватью не стояли мои тапочки, в тумбочке отсутствовала моя бутылка коньяка, на полочке в ванной комнате не было моей зубной щётки… Я выглянул в коридор – ни души, ни звука. Выглянул в окно – светит то же солнце, но людей не видно. Постучал в соседние номера – гробовая тишина. Поскольку я приехал не куда-нибудь, а на фантастическую конференцию, то первой моей мыслью было, что я как-то незаметно для себя проскочил в параллельный мир, где никакого «Интерпресскона» не существует; второй – что я необъяснимым образом «прогулял» на морском бережку трое суток, и все участники уже уехали, а мои вещи где-нибудь в камере хранения. Не то чтоб я сильно испугался, но некий противный холодок по спине пробежал. Вдруг не три дня прошло, а, к примеру, три года… Сами понимаете, час назад общался на завтраке с шумной толпою похмельных фантастов и вдруг – почти космическое одиночество…

Выбежал на улицу и начал обходить пансионат по периметру. И - облегчённо вздохнул, увидев знакомые помятые физиономии коллег. Оказывается, здание, куда меня, задумавшегося, занесло – идентичная копия соседнего, в которое заселили участников конвента, даже номера номеров совпадают. Ключ подошёл, видать, случайно, а полная пустота внутри и снаружи объяснялась, наверное, тем, что отдыхающих в самом начале мая практически нет…


Я с деревьями на берегу Финского залива на другом "Интерпрессконе" (ИПК-2013).

А вот если бы в моём номере была эксклюзивная мебель из массива дерева, которую создаёт мастерская HARDBARK, я никогда не перепутал бы его с каким-то другим. Команда опытнейших профессионалов производит из натурального дерева на заказ экологичную и стильную мебель, которая делает любое помещение одновременно комфортным и оригинальным. HARDBARK располагает собственным производством, что позволяет с максимальным соответствием воплотить в реальность все идеи и пожелания заказчиков.
bookman

Фантастический Кавказ



Однобибл Михаил, Кунгурцева Вероника. Дольмен. – М.:ИД «Городец», 2019. – 376 с.

Роман «Дольмен» написали Михаил Однобибл и Вероника Кунгурцева. Однобибл известен многослойным метафорическим романом «Очередь», вошедшим в 2016 году в финал премии «Национальный бестселлер», а у Кунгурцевой я когда-то читал сказочный, но не детский роман «Девушка с веслом» (2015). Собственно, сюжет «Девушки с веслом» перекликается с историей, рассказанной в «Дольмене». И там, и здесь в современную действительность вторгаются фантастические, мифические персонажи и, взаимодействуя с нею, пытаются изменить не устраивающую их реальность.

Главная героиня «Дольмена» – Елена, немолодая уже женщина, унаследовавшая после смерти своей бабки-долгожительницы Медеи домик в горном посёлке, а вместе с домиком всяческие странности и артефакты. В числе артефактов – найденная в печке обгоревшая старинная книга-лечебник и каменная богатырская хатка-дольмен у обрыва на заднем дворе. К странностям отнесём, например, большого любителя колбасы – ворона Загрея, каркающего непонятными словами на неизвестном языке. Загадки и тайны бабушки Медеи, завязанные на события ушедшего времени, отныне будут донимать Елену, и ей придётся их разгадывать. Познакомится Елена и с невероятными друзьями Медеи, шагнувшими из древнегреческих мифов сквозь портал дольмена прямиком на кавказскую гору Пластунка, которая в легендарном прошлом звалась Ах-Аг.

Что ещё можно рассказать потенциальному читателю, не углубляясь в пересказ книги, не открывая всех перипетий сюжета?.. Пожалуй то, что происходит в первых главах: Елена находит в лечебнике рецепт восстановления молодости, следует ему, купается в молоке киммерийских коров с добавлением ряда волшебных ингредиентов, но малость перебарщивает и становится 12-летней девчонкой. А ведь она была обыкновенной, полнеющей пожилой женщиной с набором болячек, соответствующих возрасту. Собственно, Елена так и осталась осторожной, всего опасающейся бабушкой, просто она теперь внутри тощей золотоволосой девчонки. И этой девочке-бабушке надо как-то выпутываться из создавшегося положения. Её никто не узнаёт, у неё нет документов, она не может даже в собственную квартиру вернуться… Приходится довериться внуку-десятикласснику Саше, который теперь близок ей по возрасту. И тут на головы юных героев авторы обрушивают колоритных мифологических персонажей (не стану уточнять, кого именно) со своими проблемами…

Кстати, у Елены есть энергичная дочь Алевтина Самолётова (мать Саши) – корреспондент крупной столичной телекомпании. Присутствие в книге журналиста позволяет авторам ненавязчиво, но регулярно вставлять в текст романа заметки из местных газет, создавая некий квазидокументальный фон, на котором раскручиваются приключения героев, которые я назвал бы, скорее, злоключениями (читатели, знакомые с романом Однобибла «Очередь» понимают, что приключения его героев весёлыми быть не могут).

Появление в книге мифических существ со сверхъестественными способностями вроде бы предполагает усиление остроты, динамичности и непредсказуемости сюжета, но писательский дуэт, позволяя себе некоторые элементы экшена и толику авантюры, не особенно увлекается использованием дополнительных возможностей. В злую сатиру и острую социальность Кунгурцева и Однобибл тоже не сваливаются, хотя вполне могли бы широко развернуться по этим направлениям на волшебном поле придуманных ими очень «вкусных» исходных обстоятельств. Но всё, даже самое необычное и волшебное, в книге происходит как-то слишком уж обыденно. Не особенно радует и финал. Наверное, именно поэтому я не очень понял месседж романа, хоть и старался анализировать аналогии и намёки, которых в книге хватает.
Фарш невозможно провернуть назад?
Известное дело…
Ах, если бы авторы убедили меня в противоположном...

И ещё о Кавказе: круглый год принимает гостей гостиница горные забавы, расположенная в живописных предгорьях Лагонаки (плато Лаго-наки, западный Кавказ).). Здесь вы прекрасно отдохнёте, интересно проведёте время и замечательно оздоровитесь - и телесно, и душевно!
cat

Перед стартом

Оригинал взят у dir_for_live в Писатели и читатели
По итогам только что завершившегося фантастического круиза Москва-Тверь-Москва - несколько фотографий участников:
Утро начинается с завтрака.
Завтрак - шампанское, закуски:
DSC04380
Collapse )
mamont

Деловой завтрак в редакции "Российской газеты" с Геннадием Прашкевичем



В Год литературы редакция «Российской газеты» в Новосибирске пригласила на «деловой завтрак» своего старого друга — писателя, поэта и переводчика Геннадия Прашкевича

Кому как не ему — обладателю многочисленных литературных премий, члену Союза писателей РФ, Союза журналистов России — знать, чем сегодня живут, дышат, о чем думают и пишут писатели в России. Своими мыслями Геннадий Прашкевич поделился с корреспондентом «Российской газеты» Натальей Решетниковой.

Беседу читать здесь:
https://godliteratury.ru/events-post/prashkevich-nado-rabotat-pisat-chita
dbr

Валерий Попов. Комар живёт, пока поёт

Единственная каша, которую я любил всегда – пшённая. Правда, теперь и все остальные ем, не морщась. А пшенную кашу, если кто не знает, делают из проса. В предвоенные годы, когда нужно было срочно накормить народ и армию, урожайность проса резко повысил, выведя его новые сорта, учёный-селекционер Георгий Иванович Попов – отец Валерия Георгиевича Попова. Это я вторую повесть в книге Валерия Попова «Плясать до смерти» прочёл. Она называется «Комар живёт, пока поёт», в «Новом мире» была когда-то опубликована.

Повесть, конечно, не о просе, хотя просо, рожь и ячмень в ней присутствуют. Она о сложных родственных взаимоотношениях. Знаю по опыту, что труднее всего с самыми близкими людьми – детьми, родителями, жёнами, мужьями. Остальных-то можно послать куда подальше, а близких не пошлёшь, они всегда при тебе, если даже и не с тобой. Хотя у некоторых моих знакомых семейно-родственные дела на протяжении всей жизни очень красивыми и ровными получаются, аж завидки берут. Но такое, по-моему, редкость... Во всяком случае у Попова в семье идиллии никакой не было, у меня – тоже.

Валерий Попов предельно откровенно рассказал своих семейных «скелетах в шкафу». В «Плясать до смерти» – о своей дочери, в «Третьем дыхании» – о жене, в «Комаре» – об отце. Не каждый сможет о таком написать… Не знаю, хорошо ли своё грязное бельё на людях выворачивать, ведь «Комаре» Попов в прямом смысле слов этим занимается. Но точно знаю, что не каждый сможет ТАК написать…